Posted in Путешествие

Кто и почему разьбеларушвае наследство Вильнюсе. Олег Дернович о белорусских «литвинов» и украинско-литовском союзе


Историк-мэдыявист и археолог, кандидат исторических наук Олег Дернович в интервью Радио Свобода рассказывает о совместных украинско-литовские исследования русинской наследия Вильнюсе, во время которых почти полностью игнорируется белорусский фактор и многовековая белорусский присутствие в Вильнюсе.

Сьцисла

  • «Русь» — более архаичный и глубокий термин, чем «Литва». Эти две традиции для нас важны, но в новейшей истории мы вступили как белорусы
  • В 2005 году в Вильнюсе найден христианские кладбища конца XIII века, то есть. старше официальную дату основания города Гедимином (+1323)
  • В Кернаве, объявленном литовскими историками первой столицей Литвы, при раскопках нашли христианские кладбища
  • При исследовании русинской наследия Вильнюсе украинские и литовские историки игнорируют белорусский фактор
  • Белорусские историки должны более серьезно заняться изучением истории Вильнюса

Белорусы — молодая нация, но древний народ

— Сегодня мы поговорим о вашу статью «Кому отдать Русь (Литовскую)?», Опубликованный этим летом. Там речь идет, если так можно сказать, о попытках разьбеларушваньня истории и наследия Вильнюсе. Кем и почему — об этом позже. А сначала о попытках разьбеларушваньня нашей истории внутри Беларуси. Как вы, как историк и археолог, относитесь к призывам переименовать Беларусь в Литву и к другим постулатов наших «литвинов», которые Русью называют исключительно Украину, говорят, что «русский» в Беларуси XVI в. — это православный и т д.?

— У меня есть здесь собственная универсальная формула, которой можно ответить и на этот вопрос. Я обычно говорю, что белорусы — это молодая нация, но древний народ.

Концепт белорусов как нации довольно поздний, второй половины, даже конца XIX века. Но белорусы имеют своих исторических культурных предшественников. Это два серьезные большие историко-культурные комплексы — Литва и Русь.

Литва — это одна из частей нашего историко-культурного наследия. Это и территория, и демография, и летописная и историографической традиции, и языковые изменения. А Русь — это еще более архаичный и глубокий термин, который охватывает не только славянства и славянщину — это и скандинавская присутствие, и византийское культурное поле. Мы имеем в фундаменте эти два закладные камни — Литву и Русь. И если попытаемся выбить один из них, то здание нашей культуре если не развалится, то может существенно пошатнуться.

Радикальные «литвины» подозрительно наивные, — Геннадий Саганович о Литве и Оршанской битве

Эти две традиции для нас важны, но в новейшей истории мы вступили как белорусы. И поэтому сейчас трудно рассуждать, насколько эффективной и полезной была бы смена идентичности. Я предлагаю такой вариант решения проблемы, о которой вы говорите. Мы остаемся белорусами, но помним, что исторически Литва есть важной частью нашей историко-культурного наследия.

Сенсация, о которой в Беларуси мало кто знает

— А теперь к Вильно, две трети населения которой в XVI в. составляли белорусы, которые тогда назывались русинами и жили в так называемом Civitas Ruthenica — Русском городе. Или актуальны еще с точки зрения современной науки результаты довоенных археологических исследований Вильнюса, проведенных белорусско-польскими археологами Еленой и Владимиром Голубович, которые показали славянский характер виленских древностью?

— Я встречал современную критику исследований Голубович . Им забросали, что они ангажированы подходили к интерпретации добытого археологического материала.

Но вот в 2005 году произошла настоящая сенсация. На окраине этого Civitas Ruthenica , о котором вы говорили, современные литовские археологи нашли христианские кладбища. И это кладбище очень древние: второй половины XIII — первой половины XIV, века. То есть, до Кревской унии, к крещению языческой Литвы.

Похороны виленки конце XIII - начале XIV вв.  в славянском головном венцы.  Фото Р. Янайциса
Похороны виленки конце XIII — начале XIV вв. в славянском головном венцы. Фото Р. Янайциса

Есть основания полагать, что это захоронения людей усходнехрысьциянскай традиции. Это означает, что всходнехрысьциянскае населения в Вильнюсе присутствовала с самого начала существования этого места как городу, как селение раньнегарадкога типа.

— Уточним, что речь идет о временах до Гедимина, до официальной даты основания Вильнюса?

— Да, конечно. Там есть очень реальные археологические знаки, позволяющие датировать эти захоронения. И вот что еще интересно — они массовые и существовали долгое время, так как захоронения там имеют несколько слоев — одно над другим. Это значит, что кладбище использовались рационально — над старым погребением клали нового покойника.

Кто были эти люди? Или это были восточные славяне, русины, или славянизированной, рутэнизаваныя болты — так просто ответить на этот вопрос нельзя, но, по крайней мере, мы можем утверждать, что с самого начала Вильнюсе там существовала усходнехрысьциянскае славянское население и это было еще в языческие времена, до того , как Гедимин перенес свою резиденцию в Вильнюс.

Вильнюс в начале XV в.  (По Р. Янайциса).  А - Верхний замок на горе Гедимина.  В - немецкий квартал.  С - квартал балтского населения.  D - Civitas Rutenica, кварталы русинов (белорусов).  Русинские церкви: 1 - Пречистинского церковь;  2 - Церковь Святого Николая;  3 - Пятницкая церковь;  4 - Церковь Св.  Илии;  5 - Церковь Рождества Христова;  6 - Церковь Св.  Екатерины;  7 - Церковь Св.  Козьмы и Демьяна;  8 - Церковь Св.  Петра и Павла;  9 - Троицкая церковь;  10 - Церковь Св.  Михаила Архангела;  11 - Церковь Иоанна Богослова;  12 - Церковь Св.  Николая;  13 - Покровская церковь;  14 - Церковь Вознесения Господня
Вильнюс в начале XV в. (По Р. Янайциса). А — Верхний замок на горе Гедимина. В — немецкий квартал. С — квартал балтского населения. D — Civitas Rutenica, кварталы русинов (белорусов). Русинские церкви: 1 — Пречистинского церковь; 2 — Церковь Святого Николая; 3 — Пятницкая церковь; 4 — Церковь Св. Илии; 5 — Церковь Рождества Христова; 6 — Церковь Св. Екатерины; 7 — Церковь Св. Козьмы и Демьяна; 8 — Церковь Св. Петра и Павла; 9 — Троицкая церковь; 10 — Церковь Св. Михаила Архангела; 11 — Церковь Иоанна Богослова; 12 — Церковь Св. Николая; 13 — Покровская церковь; 14 — Церковь Вознесения Господня

Это также означает, что Вильнюс была полиэтнической (по крайней мере биэтничным) и многоконфессиональном городом с самого начала своего существования. Поэтому можно утверждать, что Вильнюс безусловно принадлежит нескольким народам, она никогда не была гомогенной и моноэтнического.

— Или опубликованы результаты этих исследований литовских археологов?

— Они опубликованы в рядах статей, и есть даже защищена диссертация на эту тему, имею в виду работу Ритисом Ёнайциса . Но опубликовано это все в вузкаспэцыяльных изданиях, недоступных широкому читателю.

Вообще, с публикаваньнем этих и подобных материалов есть определенные проблемы в смысле доступности широкому кругу читателей.

Были Миндовг и Гедимин «оккупантами Беларуси», а Сапега — белорусам

Сенсационные результаты раскопок в первой столице Литвы

— Как далеко вглубь этнической Литвы заходила диффузная зона сожительства славян и балтов в X-XII в. в.? Я, например, читал, что литовцы сейчас активно копают город Кернаву, объявленный древней столицей Литвы, и половина тамошних древностью имеет славянский (кривичский) характер?

— Мой путь по дороге, если можно так сказать, балто-славянских контактов начался с Крево. Когда я начал копать Кревское гарадичша, то был удивлен, что материальная культуры кривского гарадичша, древнего Крево, еще до постройки замка, полностью коррелируется с культурой городов восточной Европы или Киевской Руси — кому какой срок нравится. Уже после рядом с этим городищем Ягайло финансировал костел для крещения языческого населения.

Ну хорошо, Крево — это центр Восточной Литвы. Но мы можем перамясьцицца в самое ядро, туда, куда предложили вы — в Кернаву. Это очень значительный, серьезный сердцевину, серьезный центр — там пять городищ, несколько поселений и целые массивы кладбища. И вот действительно литовские археологи, еще от Алексея Лухтана (Аляксеюса Лухтанаса) были удивлены, когда нашли огромный массив христианских кладбищ конце XIII — начале XIV, века.

Как это определяется? Прежде всего — трупапакладаньнем, а не трупосожжения, которое было характерно для балтов-язычников. Это также минимальный похвальный инвентарь и наличие крестиков. Во многих могилах были нательные крестики — это, фактически, единственный инвентарь, который там находился.

Олег Дернович на одном из городищ Кернаве.  Снимок Алексея Ластовского.
Олег Дернович на одном из городищ Кернаве. Снимок Алексея Ластовского.

Две недели назад я вернулся из Кернавскага музея — это археологический памятник в списке всемирного наследия UNESCO. О нем много публикаций, но это все статьи. И по сей день мы не имеем монографии по Кернаве. И я могу догадаться, почему. Ведь если вы делаете монографию, вы должны дать оценку всему комплексу проблем, встающих после исследования этого памятника. И очевидно, что именно с этно-культурной идентификацией (или интерпретацией) в Кернаве возникают проблемы.

Я хожу по музее в Кернаве и вижу типично балтское похороны коня, а потом целую витрину крестиков. При этом сотрудники музея и мои знакомые литовские историки искусства из Вильнюсской Академии искусства убеждают, что эти крестики — чисто декоративные элементы. Мол, язычники увидели эти кресты, и они им так понравились, что стали массовым явлением у местного языческого балтского населения …

Крестики из захоронений в Кернаве
Крестики из захоронений в Кернаве

Но очень важно, что в Кернаве были найдены и языческие балтийские захоронения. В старом русле реки, на дне лежали сожженные кости; возможно, они их сжигали на лодках. И эти кости одного времени с христианского погребения. Я думаю, что эти наблюдения в Крево, Гольшаны, Вильнюсе, Кернаве позволяют сделать два важных вывода.

  • Во-первых, историческая Литва не была таким дикарскому краем, обитатели которого просто жили в лесах. Древняя Литва от XI века имела если не города, то поселения раньнегарадкога типа. Особенно это замечается на уровне XII и XIII века. Это фиксируется археологических и частично в немецких хрониках.
  • Во-вторых, обитателями этих ранних городов в значительной степени были или восточные славяне, или христиане восточного обряда. Это также археологический факт.

Эти две важные выводы позволяют нам легче понять генезис Великого Княжества Литовского. Ведь если мои наблюдения имеют основание, то славянские, русинские территории для литовских князей не были экзотикой. Ведь эти властители в своих центрах, ранних городах имели славянское христианское население.

Кстати, если Миндовг подошел к Новогрудке, он мог быть поражен масштабом этого города. Новогрудок — это действительно феномен богатым для Восточной Европы того времени. Поэтому эти наблюдения, как мне кажется, очень важны и объясняют, почему довольно легко и быстро происходило консолидация этой территории в рамках Великого Княжества Литовского.

Снова о национальность Скорины

— Давайте еще раз уточним для читателей — крестики в Кернаве именно всходнехрысьциянския?

— Да, скорее это то, что позже назовется православием. В то время этого срока не было, в современном значении он появится в XVI-XVIII веках. Но эти крестики свидетельствует именно о присутствие восточнославянских жителей, так как, например, материалы польские уже отличаются. Здесь довольно легко провести границу между полоцкими и Мазовецкое археологический материал — и по керамике, и по романских упрыгажэньнях.

В Кернаве мы имеем, безусловно, византийские традиции, которая в тех декоративных крестиков пробивается. Поэтому мы считаем, что те артефакты принадлежали восточнославянскому населению, христианскому по восточному обряду.

Кернаву
Кернаву

Как литовцы и украинцы изучают белорусский наследство Вильнюсе

— А теперь о вашу статью «Кому отдать Русь (Литовскую)?» Там, среди прочего, речь идет о том, что наши соседи украинцы тоже не против забрать себе «русскую» наследство Вильнюсе. Сейчас вышла монография, посвященная базилианского комплекса с церковью Святой Троицы, где до войны был белорусский гимназия и Виленский белорусский музей Ивана Луцкевича. И литовцы склонны признать этот комплекс памятником украинской истории Вильнюса. Насколько эта несуразность серьезная?

— У меня сейчас на рабочем столе лежит уже второе издание такого серьезного фолиант, который называется «На Перехрест культур: Монастир и храм Пресвятої Трийци в Вильнюсе / Kultūrų kryžkelė: Vilniaus Švč. Trejybės šventovė ir vienuolynas » . Буквально недавно вышло первое литовско-украинское издание, и вот в октябре 2019 года в Вильнюсе состоялась презентация второго.

Вокладка книге «На перекрестке культур Монастырь и храм Пресвятой Троицы в Вильнюсе / Kultūrų kryžkelė: Vilniaus Švč.  Trejybės šventovė ir vienuolynas »
Вокладка книге «На перекрестке культур Монастырь и храм Пресвятой Троицы в Вильнюсе / Kultūrų kryžkelė: Vilniaus Švč. Trejybės šventovė ir vienuolynas »

Так получилось, что я попал на презентацию этой книги в украинском посольстве в Вильнюсе. Украинцы пригласили меня туда, уже зная про упомянутый вами статью «Кому отдать Русь (Литовскую)?»

Это реально сложная проблема. В свое время белорусский историография (давайте признаем!) Игнорировала украинский фактор. При том, что в XIII, XIV и XV веках Волынь была богатым и цивилизованным краем. Довольно много писарей из Волыни служила в великокняжеской канцелярии. Еще норвежский лингвист Христиан Станг в 20-е годы ХХ век писал о волынских-полесский влияние на канцелярскую язык ВКЛ раннему периоду. Но, как он писал дальше, за времена великого князя Казимира (1440-1492) в языке канцелярии ВКЛ воцарился белорусско-полоцкий влияние.

Так что украинский фактор в истории, истории культуры, истории церкви, в демографической истории ВКЛ, безусловно, присутствовал. И факт, что белорусы мало об этом писали.

Но вот эти инициативы, о которых говорите вы, уже находятся на другом полюсе. В серьезных научных книжках пишется, что это не все украинское, но белорусский фактор уже просто игнорируется. О белорусах если там и вспоминают, то очень формально. А так идет рассказ о русинский присутствие в Вильнюсе.

ВКЛ было независимым и в Речи Посполитой. И это не миф. ВИДЕО

Это направление исследований, к слову — довольно резкий шаг для литовской историографии. Ведь инициатор этого проекта профессор Бумблаускасом рассказывает, что когда заходит в аудиторию в Вильнюсском университете и начинает рассказывать студентам о Civitas Ruthenica , о том, что не только литовцы жили в древней Вильнюсе и что там были целые кварталы русинского населения, то для литовских студентов это почти шок.

Это открытие и для украинских историков из Галичины.

Поэтому ни Методологически, ни эмоционально не может вызвать согласия ситуация, когда к таким дискуссиям, такого нарратива и таких исследований даже формально не приглашают белорусов. Если проект реализуется как литовско-украинский, то для внешнего читателя, который не очень сведущий в проблеме, складывается впечатление, что можно всю русинский наследство Вильнюсе позднего Средневековья и раннего Нового времени отдать украинцам.

— Украинцев понять можно. А чем руководствуются литовцы — неужели попыткой возвести очередной кладку против белорусского присутствия в Вильнюсе? В своей статье вы даже используете термин «анигиляцыя» — полное уничтожение бесследно.

— Мне трудно говорить относительно причин. Так или иначе ответ будет неполный. Если вы имеете дело с конкретным исследователям в конкретных темах, чаще всего у вас не возникает противоречий по тем вопросам, о которых мы говорим. Ведь литовским исследователям нужны минские архивы, белорусским историкам нужны виленские архивы. Поэтому мы ездим, обсуждаем, на частном уровне сотрудничаем.

Но есть некое общее образование, превосходящий сумму конкретных историков — это национальная историография. И вот в литовской историографии вырабатывается определенный стереотип, который включает в современное понимании литовскасьци и литовцев практически все наследие Великого Княжества Литовского, за исключением русинов.

И что с ними делать, с этими русинами? Некоторые побаиваются, что белорусские историки на основании того, что будут углубленно заниматься Вильнюсом, могут сформулировать культурные претензии. Безусловно, я говорю не о территориальные претензии, об этом речь не идет. Как известно, Беларусь — это одна из немногих стран Восточной Европы, жестко держится Хельсинской принципов неизменности границ.

Презентация издания «На Перехрест культур: Монастир и храм Пресвятої Трийци в Вильнюсе / Kultūrų kryžkelė: Vilniaus Švč.  Trejybės šventovė ir vienuolynas »во Дворце господствующих в Вильнюсе 20 сентября 2018 г. Выступают руководители проекта - профессор Альфредасом Бумблаввскас (Вильнюсский университет) и проректор Укранискага Католической университета Игорь Скачаляс
Презентация издания «На Перехрест культур: Монастир и храм Пресвятої Трийци в Вильнюсе / Kultūrų kryžkelė: Vilniaus Švč. Trejybės šventovė ir vienuolynas »во Дворце господствующих в Вильнюсе 20 сентября 2018 г. Выступают руководители проекта — профессор Альфредасом Бумблаввскас (Вильнюсский университет) и проректор Укранискага Католической университета Игорь Скачаляс

Сейчас мы переживаем период очень активного литовско-украинского политического сотрудничества. Литва, чем может, помогает Украине. Это такое кураторство со стороны Евросоюза, лоббирование интересов Украины. И вот на фоне этого возникают такие книжные проекты, о которых мы говорим — на исследование и последующее издание находятся деньги.

Конечно, серьезные исследователи с обеих сторон понимают, что без белорусов в исследованиях русинской или вильнюсской наследства не обойтись.

Кстати проректор Украинского католического университета во Львове, руководитель упомянутого проекта с украинской стороны Игорь Скачаляс , когда прочитал мою статью, написал мне, что в этом издании речь не идет об украинцах и белорусах, но о функционировании русинской общины Вильно на примере Троицкого монастыря, который после стал очень серьезным базилианском сердцевиной. Мол, мы описываем функционирование этого мирка всходнехрысьциянскай традиции в Вильнюсе, имея в виду Вильнюс как фокус этой традиции в ВКЛ. Но опять же повторюсь, что это делается при минимальном учета белорусского фактора.

Как Скирмунты в 1907 году планировали возродить ВКЛ с тремя столицами. ВИДЕО

Какой ответ может дать Беларусь

— Что делать? Как можно противостоять невыгодным для белорусов литовско-украинскому партнерству и как сохранить историческую правду о Вильнюсе и ее белорусский наследство? Очевидно, что белорусский историческая наука сегодня ослаблена, мягко говоря, не самой белорусоцентричных позицией власти, а в белорусском обществе, если судить по комментариях в интернете к публикациям историков, у многих голова забита «Литвинский» мифами. Наши «литвины» объективно также помогают разьбеларушваць наследство Вильнюсе.

— Важная вывод, имеющейся в вашем вопросе, также может пробудить дискуссию. Ведь современная белорусский историография, я могу сказать об этом компетентным, белорусоцентричных. Возможно даже, что современного белорусского историографии нужно расширять свой кругозор, нужно смело выходить на изучение и осмысление более глобальных проблем.

Что нужно делать белорусским историком в этой ситуации? Заниматься Вильнюсом, исследовать, изучать. Абсолютно неплодотворно идти на конфликты. Вильнюс — это уникальное место, уникальный город многих культур и нескольких конфессий. Игнорировать этого не приходится. Я даже думаю, что тот, кто попытается игнорировать или выключить какой-то фактор, в конце концов интеллектуально проигрывает. Так что нам нужно заниматься изучением Вильнюсе.

Делать это не так сложно, так как многие наши сюжеты и так завязываются на виленскую историю и виленскую традицию. А вырабатывая свою видение Вильнюсе, мы должны предлагать сотрудничество и идти на сотрудничество с другими историографиями. Этот вариант поведения очень реалистичный и при надлежащем исполнении будет очень эффективный.

Терешкович: Белорусский язык — это символ, на котором построена государственность

— Из ваших ответов следует, что в Беларуси остро стоит проблема публикации результатов последних археологических исследований литовцев.

— Я готовлю такую ​​публикацию. Кстати, недавно я выступил на Конгрессе историков в Институте истории с этой своей концепцией и новыми впечатлениями после путешествия в Вильнюс и Кернаву. Предыдущие отзывы коллег позитивные, большой критики я не встретил. Так что эти наблюдения и выводы могут иметь дальнейшую трансляцию.

Я готовлю публикацию, собираю последнюю литературу по раскопкам ранней Вильнюсе. Более того, я веду переговоры с белорусскими коллегами с целью образований неформальной историко-культурной инициативы под названием «Виленское общество». Мы хотим заниматься Вильнюсом профессионально.